Молитва Киприана

Молитва Киприана Верую Православие Истории

Все началось с того, что я стала болеть. Болезнь отняла у меня все. Сначала работу и, как следствие, деньги. Потом – сына, которого, за неимением денег и из-за того, что я много находилась в больницах, пришлось  на время отдать его отцу. Быстро исчезли друзья – больные люди утомляют…

Из успешной женщины с хорошим куском хлеба с маслом я превратилась в приживалку больной матери. Мать моя, как и отец, и брат, жили далеко, в предгорьях далекой провинции, и мне пришлось уехать за помощью к ним. Это решение искать помощи у семьи меня, видимо, и спасло, но принадлежало оно не мне, а лаврскому монаху.

Не спорь с монахом

Во время одной из поездок в Троице-Сергиеву Лавру монах, которому я обрисовала мои беды,  благословил меня возвращаться на Родину, где мне должен был помочь некий святитель Макарий, митрополит московский, на красивое надгробие которого, стоящее у притворной стены Успенского собора Лавры, монах показал мне перстом:

– Он был на твоей Родине, он тебе поможет.

Я давно жила в Москве, привыкла решать все свои проблемы сама, и не готова была сваливаться с ними на плечи мамы. Но благословение монаха – как барометр, с ним не поспоришь. Чтобы как-то продумать это благословение, я решила посоветоваться с настоятелем храма, в который ходила, живя в Москве. Настоятелем там был мудрейший иерей, известный проповедник, большой чин в русской церкви.

– Передай монаху, что он дурак, – отрезал великий иерей.

И я никуда не поехала. Конечно, с точки зрения прагматизма не ехать было куда удобнее, чем бросать квартиру в центре Первопрестольной, ребенка – школьника и ехать. Через месяц со мной случилось несчастье, и потом беды посыпались из рога изобилия. Я мужественно боролась, но здоровье подкосилось. А утрата здоровья быстро приводит к полной нищете.

Казалось бы, после такого назидательного урока, который преподнесла мне судьба, насмеявшись над моим рационализмом, я должна была крепко задуматься.

Ведь все как на ладони. С одной стороны – монах, у которого нет никакого дела, кроме молитвы, который живет себе в Лавре у Бога за пазухой на всем готовом и ничего не понимает в мирских трудностях. С другой – великий подвижник, который устраивает жизнь стольких сирот, воссоздает из небытия храмы, в общем, обладает гениальным даром организации жизни людей в условиях сопротивления среды.

Один говорит – беги.  А другой – не сдавайся, борись, Бог тебе поможет. И казалось бы, вся логика на стороне второго. А воля Божья была – на стороне первого. Того, у которого ни сирот, ни храмов, и голова болит только об одном – как Богу угодить молитвою. Как достучаться и не отпасть.

И, если бы я и передала ему, что он дурак, он бы мне поклонился и принял это как дар, во смирение. Это я сейчас понимаю, после монастыря. Тогда я, конечно, ничего ему не передала. Да и передавать было некому. Не помнила я его лица – только седые волосы запомнила под чернотой клобука и добрый голос. А таких в Лавре – каждый первый.

После больниц мои мытарства только усилились. Мне пришлось разменять квартиру, я переехала из Москвы в предместье, где медицины не было вообще.

Когда я, совершенно потерявшая всякую надежду на выздоровление, приехала, наконец, к маме, то уже не помнила ни о каком благословении. Я была совершенно больна.

Спасение пришло случайно. Я тогда еще верила в случай.

Зигзаг судьбы

Путь ко спасению начался со ссоры. Я купила маме на Рождество стиральную машинку, а она не хотела ее подключать, потому что боялась, что ее ветхая канализация затопит соседей. Я вызвала мастера, но мама активно сопротивлялась. В итоге я обиделась и решила исправить испорченное Рождество поездкой в какой-нибудь монастырь, расположенный неподалеку.

Итак, моему спасению я была  обязана стиральной машинке «Vestel» за 6 тысяч рублей. Это были последние из заработанных мною денег. Как оказалось потом, я вложила их правильно.

[ocean_posts_slider id=”1682″]

Приют рыбака

Монастырь стоял на притоке большой реки. С другой стороны, через дорогу, виднелся лес. Рядом было село на 300 домов, половина из которых были дачи. Немногочисленные селяне жили своим огородом и держали скотину, подрабатывая в находящемся рядом санатории, купленном москвичом. Некоторые из них работали в монастыре – тогда он обеспечивал их крупами, мясом, молоком и даже одеждой из рухлядной. Забегая вперед, скажу, что в рухлядной можно было одеться на любой вкус – там были даже босоножки на каблуке в 8 сантиметров. Отличная обувь для послушаний!

Видимо, благотворители жертвовали все, что любили носить сами.

Монастырь находился в тысяче верст от Москвы и образовался он из бывшего поселка «Приют рыбака». Домик для отдыхающих рыбаков переделали келейный корпус, в который в конце 90-х приехало несколько пенсионерок, в ужасе от перспектив и полученной от государства пенсии. Приняли постриг.

Первая настоятельница так морила старух голодом, что они возопили и обрушили на епископа поток слезных жалоб. Настоятельницу лишили Креста и выгнали из монастыря.  Монахини даже не знают, умерла ли она, жива ли.

Мир для них – пропащее место, человек, уходя туда, словно падает в бездну. На место «голодоморки» пришла бывшая работница культуры, которая завязала столь прочные связи с епархией и местной администрацией, что монастырю стали выделять немалые средства. Их хватило и на прокорм монахинь и многочисленных трудников, и на новый корпус, и даже на новый храм. 

Правда, стандартный деревянный храм вместо намоленного монахинями старого, который уникален во всем, от рукотворных врат алтаря, до последней иконы, не вызвал особой любви монахинь. Чтобы попасть в старый храм, надо всего лишь подняться на второй этаж корпуса, где они живут. До нового надо ходить. Но, по распоряжению эконома, они ходили – намаливать.

Трапезная

Володя был первым, кто меня встретил. Он сидел в смотровой будке и следил за порядком. Это был худощавый мужчина лет 40-45, который отвел меня к матери Христине, эконому. Она отправила меня в трапезную подкрепиться.

В трапезной обедали. За тремя длинными столами на лавках сидело человек 40-50. Половина – мужчины. Монахинь было человек семь. Остальные, как я узнала потом, были трудники, без которых монастырь бы просто не выжил. Монахини, как я уже говорила – женщины преклонных лет. Молодых, пришедших сюда юными, только две – Севастьяна и Февронья.

На Севастьяне лежал ежедневный  крестный ход по сугробам вокруг монастыря  и выпечка просфор. На Февронье – устроение всей службы.  Поэтому трапезная отдана во владение деревенских. Монастырь не платит, поэтому сюда приходят за еду, те, у кого с этим проблемы.

Служба

После трапезной я пошла на службу – она была в старом храме. Это было маленькое помещение на втором этаже келейного корпуса, увешанное иконами, с лавочками для старых монахинь и больных мирян, с удивительными, вырезанными  из дерева руками, алтарными вратами.

Количество присутствующих на службе резко отличалось от количества трапезничающих. Кроме меня и в неполном составе пришедших монахинь, не было никого. Сначала я подумала, что у всех послушание. Но когда я поближе познакомилась с монастырскими, то поняла, что бездельников здесь также много, как и в городе. Здесь тоже водились лицемеры и мнимые больные, тунеядцы и члены семей насельниц, которые  жили за счет монастыря.

Все обитатели обители ходили в храм только по праздникам. Еще в нем были паломники. Набивался полностью новый храм. Но я чувствовала, что молитва семи монахинь была куда сильнее, чем молитва всех прихожан. Я старалась молиться с монахинями. Причем, ежедневное вечернее правило из них посещало только три – Февронья, Севастьяна и Венедикта. О каждой из них я потом расскажу поподробнее.

Эти трое пробивали к Господу трубу, в поле которой попала и я. Старый же храм, с его намоленностью, вообще был частью этой трубы. Поэтому я с удовольствием брала себе в послушание мыть в нем пол.

Я умывалась капающим с подсвечника маслом и подолгу сидела на солее, не зная, что этого делать нельзя. Я чувствовала, как болезнь покидает меня. Перестает кружиться голова, возвращаются силы.

[ocean_posts_slider id=”1682″]

Отец Сергий

Отец Сергий приезжал в этот монастырь вести службы.

У него был ум, чувство юмора и артистизм. Он всегда шутил. Если бы он жил в Москве, он составил бы конкуренцию отцу Ивану Охлобыстину.

«Недовольство собой, судьбой и ситуацией есть недовольство Богом. Лечится развалом ситуации или выходом из строя головы», – 

вот одно из его импровизированных умозаключений, которыми он будоражил умы молящихся во время своих проповедей.

Отец Сергий был человеком исповеди. Он мог исповедовать часами. Куда ему было спешить? Впереди у него была вечность.

Я рассказала ему свою историю с монахом Лавры, который послал меня в глушь России, дав в поводыри святителя Макария, на гроб с мощами которого он тогда махнул рукой.

–  Не приезжали мощи в эти места? – спросила я у отца Сергия.

Он только усмехнулся моему столь буквальному пониманию слов монаха. Я не знала тогда, что святым не обязательно ездить по дорогам, чтобы помогать твоей заблудшей душе.

Отец Сергий сказал мне, что все мои беды от гордыни, и приказал смиряться.

И, чтобы начать тут же, стал называть меня не иначе, как Фроська – моя мирское имя нельзя было найти в святках, и при Крещениии меня назвали Евфросиньей.

…На следующей день после  службы отец Сергий  сказал мне:

– Видишь вон ту икону? И книжку рядом с ней? Они – твои.

…Это была икона святителя Макария Московского с частичкой гроба.

Я так разволновалась, что даже не могла ее сразу взять. Стеснялась. Никто никогда не одарял меня так волшебно, как отец Сергий.

С этого дня у меня появилось два поводыря в моей новой жизни – мать Февронья, о которой речь пойдет в следующей главе, и отец Сергий. Ради них я готова была смирять себя.

Зачем? – спросила я.

 – Ради благодати. Бог дает благодать только смиренным, – учила меня трудница, которая стирала в монастыре белье.

Смиряться мне пришлось во многом.

Забегая вперед, скажу, что никогда в миру я не стала бы терпеть такого начальника, как эконом. Никогда не стала бы работать в таком рабском коллективе, где все были поставлены на колени перед ней и все были вынуждены кто бояться, кто прогибаться.

Я уходила от подобных ей начальников, какие бы хорошие деньги мне там не предлагали, через пару недель.

А ведь здесь я работала без денег, на скудном монастырском пайке, от  которого я быстро похудела, у меня вылезли волосы, и все время хотелось спать и есть. У меня было немного денег, на которые можно было купить поесть, но я решительно не хотела выходить из ворот монастыря и ехать в село. Мое печенье быстро кончилось, иногда, чтобы заглушить голод, я просила у трудниц лапшу «Роллтон». Она казалась мне прекрасной.

Но я поверила этим двум людям – матери Февронье и отцу Сергию. Они были чисты в своей вере. А я…  Я очень хотела выздороветь. И я понимала, что эта труба к Богу действительно есть. Я чувствовала и видела ее знаки возле одной иконы, о которой я расскажу ниже. Я ощущала, что оказалась на границе. Там, за тонкой стеной – другой мир. И здесь уже можно выходить с ним на связь. Я ловила эту возможность.

Я решила пройти весь свой путь смирения до конца. Это было трудно – я  была избалована интеллигентным отношением людей друг к другу. В моем мире люди прячут свою ненависть к ближним в скафандр этикета. И так живут – со змеей в груди и улыбкой на устах.

Главное правило жизни – не напрягать никого своим существованием, не лезть в чужую зону комфорта.  Но при этом вполне можно было никого не любить и никому не помогать.

Здесь же я попала в средневековое рабство. Но люди, живущие в нем, принимали подобный строй вещей, как должное, и любили друг друга куда больше, чем в том демократическом обществе, откуда я пришла. Это парадоксально, странно, непонятно, но это очевидно было так. И это затягивало.

Здесь, на этом диком замесе из рабства, милосердия и любви, из каких-то совершенно необъяснимых вещей типа мироточия икон и удивительного чувства рядом с ними,  из мракобесия и чистоты и росла она, вожделенная мной благодать, мой цветок папоротника.

Продолжение следует >>>

Источник: Веста Боровикова

Рад видеть Вас на страницах своего сайта. Буду признателен. если Вы поделитесь этой статьёй с друзьями в соц.сетях. Спаси Господи!

Небольшие Усилия Делают Большие Изменения

Если Вам нравится то, что я делаю – поддержите! Если вам близко то, чем я занимаюсь и Вам интересны те публикации, которые Вы читаете на сайте – поддержите!  

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Поделитесь с друзьями это статьёй в сой.сетях
Верую Православие
0 0 голос
Article Rating
Подписаться
Уведомить о
guest
4 Комментарий
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Анна
Анна
11 месяцев назад

Спаси Господи! Добрый день. Очень понравилась статья. Благодарю Вас. Скажите, пожалуйста, когда будет продолжение?

Анна
Анна
Ответить на  Георгий
11 месяцев назад

Благодарю. Подписалась. Помогай Вам Господь.

trackback
10 месяцев назад

[…] <<< Глава 1  […]

4
0
Буду рад вашим мыслям, пожалуйста, прокомментируйтеx
()
x